Сложно было сказать, специально ли так вышло или было изначально продуманно, но путник приземлился чуть ли не на широкие плечи здоровяка. Точнее скользнул по спине орка и ловко приземлился рядом с ним.

— Ой, прости-прости, — тут же отозвался Шад, – Спасибо, что подставил спину. Боюсь, от такой высоты я мог сломать себе ноги, — добавил, поднимая голову к отверстию в грунте, через который они провалились. И он не соврал. Спрыгни кто с высоты с десяток ярдов, одним переломом мог и не отделаться. Другое дело орк, чьи мышцы были настолько развиты, что подобное прыжок для него был как со ступеньки соскользнуть. Благодаря их же жесткости и массивности столкновение с путником не должно было оставить каких-либо существенных последствий, кроме затронутой гордости.

— Ты как, мой друг? – поинтересовался, стараясь сгладить неприятный момент проявлением мнимой заботы. – Рад, что все в порядке, а теперь пошли скорее, пока нас не заметили, — добавил он, ободряюще хлопнув орка по плечу и самоуверенно двинувшись вдоль канализационного стока, предварительно черкнув огнивом и достав из кармана лучину.

Им повезло приземлиться на сухую почву, дальше шла размякшая в неопределенной жиже смесь толи отходов, то ли мусора. Шадоу мог предположить, в каком из направлений окажется выход, но точного пути наружу он не знал. Все же эти места были ему так же незнакомы, как и самому орку. Он не был жителем столицы и в канализации так же оказался впервые.

Под звук хлюпающих в луже отходов шагов, парочка стремительно продвигалась вдоль арочного прохода. Шад ничего не ответил орку, хотя и глубоко призадумался по поводу того, кого именно тот назвал богом смерти. Вряд ли себя и вряд ли своего таинственного компаньона, от того оставалось лишь догадываться, что именно имел он в виду. Мужчина в капюшоне продолжал двигаться первым, освещая пламенем каменистые стены, кучи мусора, и неопределенную жижу под ногами, источавшую такое зловоние, что даже повязка на лице не сильно помогала смягчить резкий и омерзительный запах. Гниль, падаль, тухлятина. Что-то среднее между ними или же попросту все перемешанное в одном. Сложно было сказать, но, если не поторопиться, можно было попросту задохнуться от такого смрада.

— Постой, — внезапно остановился Шадоу на пересечении стоков. Проход, по которому они двигались, делился надвое, уходя в разные стороны. Один под изгибом смещался левее, другой – правее. Но он остановился вовсе не из-за расходящегося пути, а из-за едва различимого звука шебуршания.

— Что-то приближается, слышишь? – поинтересовался у орка, оборачиваясь и вглядываясь в коридор позади, по которому они шли все это время. Это точно не было похоже на шаги, скорее на едва различимый скрежет, писк, хлюпанье по луже. Чем больше это сокращало между ними расстояние, тем отчетливее становились звуки. И в конце концов стало понятно от чего они – от множества когтистых лап. И вскоре в подтверждение его догадок под освещенный участок от языков пламени стало выползать целая стая грызунов, разительно отличающаяся от обычных крыс внушительными размерами. Они были в разы крупнее, с кошку. Возможно, именно по этой причине стражники не решились преследовать их в канализации, предпочитая оставаться на поверхности, а не в логове этих падальщиков.

Шадоу вынул из-за пояса кинжал, готовый защищаться от напасти.

—  Будь осторожен, — предупредил орка, прокрутив кинжал в руке и поймав его в более удобном положении, лезвием к себе, вдоль руки.