Переход: Конюшни

Хотел ли Тобин поесть! Еще бы! После драки с гоблинами и долгой дороги, у него урчало в животе не меньше чем у орка. Ладно, чуть-чуть потише, урчание почти не было слышно, из-за громыхающего за спиной щита и топора.

— Тадам! — распахнув дверь, дворф ворвался в харчевню, беглым взглядом осмотрев помещение, — Джад, заходи, тут гоблинов нет!

Довольный своей шуткой Тобин рассмеялся, забавно сложив руки на животе. Поняв, кроме него никто не смеется, а в заведении наступила могильная тишина, после того, как зеленый товарищ появился в дверях и, наклонив голову, вошел внутрь, двор быстро добавил:

— Спокойно народ, спокойной, да это орк, настоящий орк, мой друг, его зовут Джад, — представил дворф вошедшего в харчевню орка. — Не беспокойтесь! Мы авантюристы прибыли на зов, чтобы спасти ваше королевство! Да, да, мы участвуем в турнире за королевский трон! Меня зовут Тобин Серобородый, из клана Железоборцев, сын Тора Винхельма, великий путешественник и авантюрист. А это Джад, эээ…

Тобин замялся, размышляя о том, как представить Джада более помпезно, но ничего не придумав, быстро добавил:

— Джад, просто Джад! Хозяин нам две кружки эля и что-нибудь на зубок. И принесите меню! – произнес Тобин, усаживая за свободный столик и посматривая на троицу игроков, режущих в кости за дальним столом.

Атмосферу, нагревающуюся скачкообразно, любезно разрядил новый друган орка – Тобин.
Этот толстенький коротышка заржал в луженное горло, затряс брюхом, при этом довольно нелепо сложив коротенькие ручонки на трясущемся «бурдюке». Он ведь не знал про особенность орков, их неприятие шуток. Орки серьезный основательный народ, пусть не такой развитый, но обладавший самобытностью и глубиной.

Орки жили кланами. Кланов было достаточно много. У каждого были какие-либо свои особенности и традиции. Были как миролюбивые орки, так и жестокие воители. По значимости в клане равны были практически все, кроме вождей и старейшин-шаманов. Женщины жили, сражались и умирали наравне с мужчинами. Клан для орка, на ряду с клановым именем являлся  предметом гордости. Внутри клана у всех были свои обязанности и от каждого орка требовалось их выполнение.

К всему этому орочьи пустоши были крайне суровым местом. Среди орочьих кланов не было единства. Различные хищные твари, обитающие на суше, в воде и в небесах всегда были не прочь полакомиться плотью зеленокожих. Как в таких условиях должны были относиться орки к тем, кого не знали, или знали, но плохо? Конечно же, с недоверием, настороженно, находясь в постоянной готовности схватиться за топор и защищать себя и свой клан. К слову, культурные различия между кланами порой достигали того, что у них были свои диалекты. Это тоже добавляло свой отпечаток, отдаляло орков друг от друга. Однако, при всем вышесказанном, считалось позором и бесчестьем отказать путнику в ночлеге! Если к месту обитания (деревне, лагерю) какого-либо клана приходил одинокий орк-чужак и просил приютить его, ему давали кров, но только на одну ночь. После этого он должен был покинуть пределы поселения клана. Конечно, могли быть исключения, как в одну, так и в другую сторону:  путника могли не пустить, если он был слишком подозрительный, или же клан, к которому он пришел — совсем уж дикий, путник мог остаться и на более долгий срок, если был способен заслужить доверие и уважение орков.

Держа в уме все свои устои, Арситар почему-то верил, что и люди и другие народцы мира должны придерживаться схожих принципов по отношению к странникам. Он сделал то, что велело ему сердце.

- Орк прийти с миром. Орк просить одна ночь у хозяин стойбища! Орк платить.

Разрушила же паритет настороженности и недоверия некая пронырливая, в прямом смысле слова, особа, что проскользнула между мощными ногами Джада и сразу же начала жаловаться на свою тяжкую жизнь. Обернувшись и увидав под чьей тушей она пробралась, девушка хак, сбледнула в личике и пробормотала начало извинений.
Нет? Орк, наконец, полностью выпрямился, благо потолок харчевни позволял. Гора мышц сократилась, кожа доспеха протяжно скрипнула от трения. Девица, кстати, пожелала орку здоровья, так почему не ответить ей тем же?

- Ко? А-а… Паран-хак, очень добрый к орк. Орк звать ошиг во мака-хаш, кут?

Отредактировано Арситар Ветер Пустошей (2023-11-28 14:12:23)

— О, эль! Это нам! — Тобин сразу оживился, увидел две наполненные кружки. Это место ему уже начало нравиться, уютно, весело, никто не задает лишних вопросов, никто не тычет пальцами в орка, заказ выдают сразу, судя по всему тут можно неплохо повеселиться.

— Эй, приятели! Я тоже участвую в турнире! — крикнул Тобин заядлым игрокам, и слегка подтанцовывая, пытаясь попасть в такт музыки, засеменил к барной стойке.

— Прошу прощения, мадам! — как бы извиняясь у черноволосой девушки, в пышных юбках, дворф взял две кружки с белоснежной пеной, и отправился обратно к выбранному столику. По пути назад, заметив новую посетительницу, в странной широкополой шляпе и необычным питомцем на плече, замахал ей рукой, то бишь одной кружкой, поскольку обе руки у него были заняты, и слегка плеснул душистым напитком на деревянный пол.

Поняв, еще немного и одна из кружек лишиться своего содержимого, Тобин засопел и побежал к столу, слега наклонив голову. Шумно пыхтя и высоко поднимая колени, дворф добравшись до искомого места, поставил кружки и разогнулся, а затем согнулся обратно, упираясь в колени ладонями. На сегодня физической активности более чем достаточно. Требовалось минуты две на восстановление дыхания и готовность двигаться вновь.

— Мадам! Не путайтесь Джада! — крикнул Тобин незнакомке, забираясь на табуретку. — Хотите пива?

Какие же люди балаболы! Орк вслушивался в отжившую атмосферу людской харчевни и молчал.
Стоило подождать определенное время, дать всем привыкнуть к его присутствию, стать «своим» среди чужаков. Возобновилась музыка, люди, кидающие маленькие костяшки азартно принялись ставить ставки на удачу того или иного претендента. Дварф Торбин походя вклинился в их разговор, объявив во всеуслышание о намерениях как своих, так и собственно Джада. Такое панибратство несколько покоробило чувства орка, но он решил дать коротышке фору в доверии.

Которое начало приносить свои плоды. Торбин с присущим подгорному племени пробивным настроем, оформил у бармена две большие кружки эля, договорился за поджарку мяса. Лучше бы целого барашка на вертеле или, на худой конец, поросеночка?
Во рту Арситара начала скапливаться слюна. Он было хотел встрять в переговоры хозяина и дварфа, но ему помешала девушка-человек, что представилась как Грейс Томпсон и, судорожно утерев свою худую ручонку, протянувшая оную в направлении Джада! Чего она от него хотела?
Джад даже обернулся на дверь – может это ни к нему обращались? Нет… взгляд, вся поза женщины Грейс указывали на взаимодействие именно с ним, орком. Может по ее руке нужно ударить? Джад озадаченно почесал макушку с жесткими черными волосами, убрал размеренным движением выбившуюся прядь за остроконечное ухо.
Она что, дразниться!? Или знает язык детей степи?

- Кут!

Тем временем Торбин приволок кружки к одному из столов. По меркам Джада надо было сказать – маленьких, низеньких столов. И тут же пригласил деваху отведать с ним пойла. Так как кружки было две, Грейс ухватила одну и махом опростала больше половины. Джаду с его верхотуры было прекрасно видно уровень темной пенящейся жидкости в ЕГО кружке. Ррык.
Интерес к личности Арситара был потерян, переключен на горячительное и балагурство-треп с Торбином. Может и к лучшему? Орк сделал несколько неуверенный шаг к стойке с человеком, отвечающим за питие, но был остановлен вернувшимся любопытством Томпсон. Джад попробовал выговорить – Томп..топ..мсон, хэх.

- Я сказал, что готов разделить с тобой мясо, то есть трапезу, раз ты пожелала мне здоровья. Я прекрасно разбираюсь и говорю на всеобщем, но понимаю люди не готовы воспринимать орка в отрыве от их дремучих убеждений.

Видя, что его слова не дошли до разума прилично хлебнувшей алкоголя шляпницы, Джад сплюнул мысленно на свои потуги и сделал два широких шага к бармену.

- Есть тара большего объема чем эти ваши кружки? Я, любезнейший, голоден так, что готов проглотить целого кабана, а если ты решил зажарить какого-нибудь куренка, то слегка промахнулся, кут!?

Человек внемлил посылу орка и скрылся в недрах подсобного помещения, а потом он раздвоился! Глаза у Джада чуть на лоб не вылезли, пока разобрал, что их на самом деле двое. Двое из ларца - одинаковы с лица. Ну и ну, а еще людишки наговаривали на степной народ, мол, их по рожам не отличишь, словно под копирку природой матушкой налеплены.
Орк с шумом выпустил воздух из ноздрей, набычиваясь, и тут же его душу облило уважением: один из «неотличимых» тащил бочку, второй – огромную ногу для жарки кучи мяса!

- Кут кура!

Арситар довольнючий вернулся к столу искателей приключений. А тут веселье набирало обороты.
Деваха в шляпе лакала пойло словно воду, балаболила дварфу байки про пиратов и свой пропавший корабль. Запарилась так, что шляпу скинула на гвоздь, утерла пот со лба и быстро сбегала за ведром для зеленого воина. Посудина оказалась объемной, одной рукой, даже такой огромной что у орка, не возьмешь и Джад поднял, наполнившуюся пенным напитком, тару двумя, опрокидывая эль в глотку. Рассудок правда, остался при орке, так что он отпил половину из налитой дозы и утробно рыгнув, поставил ведро на стол.

- Хаш!? Торбин, подпни хозяев сего гостеприимного двора, ведь какую-то закуску они нам могут все же предоставить? Мака хорошоооо… орк любит, но бухать на голодное пузо, себя не уважать! Эй, Барракуда, ты такая тощая – куда в тебя столько пойла девается? Под столом сухо, я проверял, да и наш ки-хак тоже. Ахахаха!

Орку показалось, что он знатно пошутил, хотя со стороны могло казаться совсем по-другому.
Неловкость скрасил возглас той же девушки. Она чрезмерно громко возликовала, узнав намеренья Торбина и зеленого воина участвовать в гонке за трон. Или уже влитая порция алкоголя повлияла на логику девицы, либо она по жизни была бой-бабца, не держащая язык за зубами, но Барракуда тут же захотела объединиться с колоритной парочкой в группу, что как только напьется и наестся, сразу побежит надирать задницы другим участникам турнира!
Энтузиазм в отношении Джада, самому орку импонировал, но он слыл не глупым среди своих соплеменников, а даже очень продвинутым индивидуумом, потому радость и энергию Барракуды решил пока не заценивать, да, и не поддерживать. Орк решил промолчать!

Где там эти людишки с едой? Эль с голодухи начал колобродить в желудке орка и Джад некоторое время боролся с непреодолимым желанием шумно пустить ветры, что грозило «дипломатическим» скандалом в людской едальне.

Грейс уважительно проводила взглядом ведерко, из которого пил орк. Раньше она не встречала зеленого брата за трапезным столом, но алкоголь, как и всегда, всегда был прекрасной смазкой для налаживания дружественных контактов. И, оказалось, что зеленокожий даже умеет шутить.

- Эй, Барракуда, ты такая тощая – куда в тебя столько пойла девается? Под столом сухо, я проверял, да и наш ки-хак тоже. Ахахаха!

- Ахахаха! - рассмеялась пиратка, хлопнув себя ладонью по колену. - Это, друг мой Джад, секрет! И, будь на твоем месте любой другой человек, я бы сказала, что, когда ты подрастешь, я раскрою тебе эту тайну и научу нормально пить, - Она зачерпнула своей кружкой прямо из бочки и снова сделала несколько глотков. - Но ты и так горазд. Мне тебя учить за столом нечему!

В голове весело шумело, беседа текла приятно и непринужденно, а две лысые макушки суетились за стойкой, зажаривая огромный кусок мяса, от которого по всей таверне уже начинал разливаться аппетитный запах.

- ...Объединиться вместе – это забавная идея! А как корону будем делить?.. - рассуждал меж тем Тобин. Дварф определенно нравился пиратке. Она всегда любила открытых и непринужденных людей, с которыми легко общаться. Которые, к тому же, еще и угощают!

- У нас будет совет капитанов! - она грохнула кружку на стол. - Вернее... как это называется у сухопутных? Совет, короче. Главного и самого ответственного определим игрой в карты. И пусть каждый отвечает за свою зону отвесвенносси... Я готова взять на себя флот! Вссегда мечтала вести армаду кораблей на завоевания земель. Грозная Барракуда! Гроза морей! И обязательно повязку на глаз! Как у самых солидных пиратов.

Где-то совсем недалеко от таверны качнулась ветка. На нее сел большой, шикарный попугай редкого рыже-белого окраса. Позабытый и оголодавший Пивасик, видя, что в округе все спокойно, перелетел с ветки на подоконник возле столика, за которым сидела его знакомая человека в довольно колоритной компании, и скосил любопытный глаз на большого и зеленого. Тот, что был поменьше и с волосами на лице ару не особо интересовал. А вот здоровый на вид казался очень грозным, но при этом сидел, как все, клыков не скалил и из лука по птицам не целился. Очень интересный зеленый. Его хотелось рассмотреть повнимательнее, прежде, чем выпрашивать еду.
Но вот зеленый двинул ненароком локтем в сторону попугая, чем перепугал его, и ара, вспушив загривок, размашисто замахал крыльями, поднимая небольшой ураган местного значения.

- Полундр-р-ра! Полундр-р-а!

Отредактировано Грейс Томпсон (2023-12-12 20:46:03)

В ожидании стоящей еды, Джад слушал болтовню коротышки и девицы с замашками оторвы. Молчал в основном и мотал на ус. Что за мысли витали во все еще трезвой голове зеленого великана? А грустные все мысли. Совет капитанов!? Это, наверное, как совет вождей его народа?
Это дело. Но. Тобин был прав в одном – не следовало соваться поперек стада степных буйволов. Стопчут. Орк все более склонялся к идеи встать за спиной кого-то более похожего на людей.
Ки-хак, вот хоть и мал росточком, но солидный вожак с деловыми и правильными рассуждениями, а женщина-хак… тут логика орка тормозилась! Выросший среди равных в правах, никогда не понимал бесправия женской половины человечества. Были исключения. И скорее всего, все эти аномалии среди общей серой массы женского населения пропрутся сюда, в Кимерию, кто ж такой лакомый кусок не захочет откусить?!

Тут на обещанном турнире кто сумеет пробиться вперед и вверх по социальной лесенке, тот и будет королем. Путь такого индивидуума будет наполнен локтетолкательством, битьем харь, а то и членовредительством конкурентов. Сможет ли шебутная Барракуда выстоять в таком дебоше и разгуле подковерных войн? Вопрос на много-много блестящих кругляшей, что так ценят в миру.
А если за ее плечом будет стоять он, Арситар Ветер Пустошей?
Его всяко просто так с доски игровой не скинуть, да, что там скинуть – сдвинуть не всем будет под силу. И смеху меньше. А то разинул хавальник на людской трон, скажут, обнаглел безродный приблудыш!
Обдумывание стратегии было прервано появлением долгожданного жаркого с вертела. Честная компания проявила энтузиазм, жрать хотел даже летающий пустобрюх Барракуды.
И чего там это недоразумение разноцветное раскричалось? Какая, нах, «полундра»!? Вот если бы попка кричал: «мяса, мяса», орк обязательно поделился, а так пусть подавится своими чудными абракадабрами.

- Хаш!

Орк на правах самого сильного и голодного, первым рванул к себе кусмень, отодрал прожаренный бок, остальной толканул к компанейским. Пальцами правой руки уцепил край ведра с недопитой выпивкой и со счастливой улыбкой отправил к клыкам первый сочный чавк, затем шумно зацедил, запевая элем ароматнейшее кушанье.
Чавк, чавк, чавк.

- Хук – рат! Орк от души благодарит! Ву, - Джад довольный, шумный, потыкал ручищей с едой в сторону близнецов. – Знать своё дело.

Он зачерпнул опустошенную тару в бочку и толканул тост за хозяев сего заведения, с переходом на своих новых знакомцев.

- Тур-хук-отук-урк нарох орк! Гак рат!

Отредактировано Арситар Ветер Пустошей (2023-12-13 08:44:04)

Орк уплетал мясо за обе щеки, клыки рвали жареную плоть, жир стекал по уголкам губ. Не забывал Джад прикладываться и к ведерку с элем. Вскорости в голове приятно зашумело, тело чуть размякло, оттаяло. Птиц Барракуды оказался настойчивым и все же вытребовал себе жрачки.
Его Торбин подкормил. Разноцветный пострел косился на зеленого воина, но больше не старался к нему приблизиться.
Девушка, казавшаяся орку стойким пропойцем, тоже поплыла. Ее речь стала не такой бравурной, но все же не потеряла свойственный пафос. Вот она корабли по ранжиру строить собралась на двенадцать каких-то рыл… этих… пушек! Кто такие пушки и хорошие ли воины, орк не ведал, но мотал на ус.
Тобин тем временем предавался обжорству, замолк. А, нет. Чавк дварфа перекрыл чавк орка. Силен ки-хак, могёт, башга!

- За совет королей!

Джад решил поддержать тему, кратко, шумно и тут случился казус. Вошедшие людишки чуть не подняли ор, увидав за столом громаду воина степей. Один затыкал пальцем в его скромную персону. Внутри орка плескалось, по крайней мере, три ведра пойла братьев-близнецов и такой панибрацкий фортель незнакомца, не представившегося, не поздоровкавшегося с честной компанией, вынудили Арситара среагировать подобающе. Он повернул мощный торс к вошедшим и утеревшись предплечьем, выплюнул:

- Ты это. Не тычь в меня своими культяпками. Вырву и обратной стороной в задницу засуну. Имей манеры и уважение к тем, кто прибыл в столь прекрасное заведение первым, сидит харш жрет и не борогозит!

Подняться из-за стола, когда у тебя в животе несколько кружек пива оказалось не так уж просто, но Тобин смог преодолеть силы притяжение и сделать первый шаг. Он промямлил что-то под нос, в то время как его изможденные глаза пьяно блуждали по столам, слепым от обильного налета алкогольного тумана. Музыка, витавшая в таверне, как и пиликание скрипки: били по ушам. Подъем Тобина из-за стола был длительным и неуклюжим, его шаги сопровождались ритмичным стуком каблуков об пол. Кажется, время медленно и болезненно растягивалось, воспринимая его окружение миром, где все растворялось в мутной, неожиданной тьме. В конечном итоге, дворф выдержал испытание, подошел к барной стойке и хлопнул ладонью по деревянной столешнице, оставив три серебряные монеты.

— Ик, благод… благода… благодарю за гостеприимство! — заплетающимся языком произнес Тобин и двинулся к дверям таверны, коря уже тонкий ветерок, который гаркнул на него во время его плутовства. Оказавшись на улице, ноги маленького авантюриста двигались неуклюже, а сам дворф покачивался из стороны в сторону, вдыхая свежий воздух. Дыхание пьяного дворфа было стремительным и неровным, тяжелые веки клонились, словно устали от борьбы, однако он стойко продолжал свой путь.

— Там нужно в город, это… ик… через ворота! — все еще заплетающимся языком произнес Тобин, говоря через плечо и надеясь, что его слова дойдут до орка. Оборачиваться назад и смотреть, как там его новый зеленый друг, дворф не стал, уж сильно хмельной напиток ударил в голову, теперь главное: не упасть лицом в грязь и преодолеть те несколько десятков метров до городских ворот, пройти мимо стражи и разузнать в городе, куда двигаться дальше, чтобы попасть на турнир.

Переход: Улицы города

Отредактировано Тобин Серобородый (2024-01-14 11:15:33)

Начало игры

Торберт привязывал Агату и тихо напевал одну из своих никому не известных песен. При свете фонаря мозолистые руки быстро и ловко завязали особый морской узел. Привычное дело.

Коновязь у харчевни была пуста, несмотря на вечернее время. Видать, путников внутри не было совсем, а тянущиеся к увеселительному заведению люди были завсегдатаями «Уродливой кружки» из города и его ближайшей округи. А может дурная слава отпугивала иногородних? Самое время для посещения подобных мест. Торберт специально дождался вечера, чтобы не сидеть в одиночестве за столом харчевни и считать мух на потолке. Конечно, очень хотелось выпить. Вино у принца закончилось ещё два дня назад, а у крестьянина, у которого под крышей они с Агатой остановились прошлой ночью, вина не нашлось даже для продажи. Скряга ещё тот! Но не выпивка была главным. Хорошенько разузнать о городе и последних местных новостях можно было только в заполненной харчевне. А если можно совместить приятное с полезным, то почему бы и нет?

Босоногий мальчишка с конюшни, которому было велено напоить и накормить лошадь, ещё не вернулся. Сорванец казался достаточно юрким и исполнительным. Конюшня была через дорогу.  Где его орки носят? Погасив масляный фонарь и приторочив его к потёртому седлу, Торберт успокаивающе погладил морду Агаты и, переступая через тёмные лужи, направился по широкой тропинке к массивным, хорошо освещённым дверям харчевни.

В нос ударил запах пищи. Не смотря  заполненный только на половину  зал, помещение ещё не успело пропахнуть потом и табаком. Очередной вечер кутежа только начинался.

Стоя на стёртом пороге, путешественник сразу определил для себя удобное место. Благо осталось ещё пару столов подальше от входа. Под любопытными взглядами аборигенов Торберт не спеша прошел к столу и присел на скамью лицом ко входу.

Отсюда было прекрасно видно большую часть довольно уютной харчевни и входные двери. Не стал незамеченным и взгляд молодца за стойкой. В его глазах читался интерес и предвкушение хорошего заработка. Тот ещё проныра. Насквозь видит.

С улицы, приоткрыв со скрипом двери, заглянул конюх, быстро нашел хозяина Агаты и энергично помахал рукой, давая понять, что с лошадью всё хорошо. Вот теперь можно и хорошенько выпить.
Слегка кивнув в ответ, Торберт поманил пальцем мальчишку и сказал принести ему самого лучшего вина, что здесь подают. Услужливый конюх с охотой побежал к стойке, мелькая пятками. Минуту поговорил с хозяином и через миг на столе появилась откупоренная стеклянная бутылка и глиняная кружка. Малец было принялся наливать вино в кружку и пролил часть напитка на стол. Багратеон грубо выхватил ёмкость из маленьких рук и поставил её на грубый стол. Не понятно, или конюх хотел заработать больше, или просто пялился на покалеченное ухо и глубокий шрам на небритой щеке. Ох, уж эти крестьянские детки! Всунув пацану в ладошку медяк и дав лёгкий отеческий подзатыльник, принц отправил горе слугу восвояси.   Тот, нисколько не расстроившись, исчез за облезлой дверью харчевни. Нужно было ещё подсрачник дать.

Голодным принц не был. Чтобы скоротать время до сегодняшнего вечера, он к обеду остановился перед восточным мостом у реки в небольшой дубовой роще. Не разбивая лагерь, расставил силки на ближайшем лугу. Через несколько часов небольшой освежеванный заяц уже вовсю жарился на костре под весёлый треск костра. Часть зайца Багратион с удовольствием съел, запивая родниковой водой, а остальное отдал многочисленным нищим на восточном мосту.

На удивление, разнообразной живности в Кимерии было хоть отбавляй. Это выгодно отличало здешние благодатные места от других королевств. С голоду точно  не помрёшь. Одна досада – темень хоть глаз выколи. Пришлось покупать масляный фонарь на первом же кимерийском рынке и торговаться до хрипоты с обнаглевшими местными торговцами, наживающимися на отсутствии солнечного света. Цены на факел, масло и фонари заоблачные. А потом ещё целый день  искал в лесу подходящее тонкое деревце с прямым стволом, а найдя его, мастерил шест для фонаря. Оно того стоило. Теперь, сидя верхом, необходимый фонарь не нужно было держать в руках. Он весело болтался на конце крепко привязанного к седлу шеста, впереди головы Агаты и разгонял темноту на добрые десять шагов. Эта хитрость была подсмотрена у местных жителей на тракте и успешно воплощена в жизнь. Авантюрист был доволен. Но, кажется, ещё больше была довольна лошадь. Шаг её стал быстрее, и недовольного пофыркивания практически не слышалось.

Первую кружку Торберт выпил залпом и стукнул пустой чашкой по столу. Он так делал всегда. Эта привычка появилась давно, в те времена, когда молодой принц королевства Папиррос командовал лучшей конницей своего королевства в войне с орками.

Глухой стук кружки утонул и растворился в нарастающем шуме заполненной до отказа харчевни. Как же Багратион любил такие моменты. Нет ничего лучше, чем после долгой и опасной дороги, после ночёвок в лесу и продуваемых всеми ветрами степях, очутиться в вечерней таверне или харчевне с полной кружкой горячительного в руках. Громкая музыка, перекрикивающие друг друга посетители, весёлый женский смех, звон посуды, запах мяса, перегар и табачный дым. Жизнь кипит и бьёт ключом. В такие моменты кажется, что даже за стенами во всём мире царит такое же веселье и радость. На сердце становится спокойнее и создаётся впечатление, что вот-вот произойдёт что-то важное. Не обязательно хорошее, но то, что изменит твою жизнь в лучшую сторону. И кажется, что остаётся только пить вино и ждать. Короткое чувство, мимолётное. Торберт им дорожил и всякий раз наслаждался, когда оно появлялось, надеясь, что продлится оно довольно долго.
Вот и сейчас, насладившись моментом, стряхнув с себя негу, Багратион начал внимательнее оглядываться по сторонам и искать первого собеседника.

Полагаясь на свой богатый опыт, заприметил несколько разговорчивых местных. Мысленно оставил их на потом, а начать, как всегда, решил с хозяина харчевни. Это одни из самых осведомленных людей в любом городе или деревне.
Допив вторую кружку вина, Багратеон встал из-за стола и направился к стойке, не забыв прихватить уже наполовину выпитую бутылку.

Колоритный лысый здоровяк услужливо протёр стойку перед собой, и не сводя глаз с принца, с лёгкой улыбкой терпеливо ждал начала разговора.
Ждал, шельмец! Знал, что такой путешественник обязательно к нему обратится. Глаз намётан. Оно и к лучшему. Легче разговор пойдёт.

Торберт приблизился к лысому, поставил на деревянную поверхность кружку, наполнил её вином из купленной бутылки и вопросительно посмотрел в глаза хозяина таверны, медленно потягивая довольно-таки неплохой напиток.

— Добрый вечер, милейший, — отрываясь от кружки, почти прокричал из-за шума Багратион.

— Не плохое вино подаёшь, аромат интересный, — продолжил принц. — Буду признателен, если ответишь на пару моих вопросов. Если ответы будут исчерпывающими, будь уверен, что все, кого я встречу по пути из города, будут знать, где лучше всего в Кимерии поесть и выпить. А до отъезда зайду ещё и, возможно не раз. Возможно не один. Кстати, а мальчишка, что тут за лошадьми бегает, это не твой сынок? Смышленый малый.

После этих слов Торберт допил и третью кружку, вытер рот рукой, крякнул от удовольствия и стал ждать ответа.

Отредактировано Торберт Багратеон (2024-06-20 04:10:51)

Повеселевший от местного вина и находящийся в хорошем расположении духа Торберт внимательно слушал хозяина харчевни, щурясь от яркого света пыльных ламп, освещающих стойку. На улице бы столько света.

Здесь было душно и жарче, чем за хорошо выскобленным дубовым столом. От этого на лысине собеседника блестели крупные капли пота, а под мышками образовались влажные пятна. За его спиной можно было разглядеть типичные полки питейного заведения, в изобилии забитые разнообразными глиняными и стеклянными бутылками. Узкий проём левее полок занимала приоткрытая грубая дверь, из-за которой доносилось характерное шкварчание, а сильный аромат жареного мяса перебивал даже запах пота хозяина. Багратеон автоматически вылил остатки вина из бутылки в кружку, с сожалением посмотрел на последнюю выпадающую каплю желанного напитка и снова перевёл взгляд на блестящую лысину.

Верзила не вызывал симпатии. Отсутствие маломальской улыбки, грубые мозолистые руки, скорее похожие на руки заправского мясника, холодный цепкий взгляд из под нахмуренных бровей.  Даже приветствие о прибытии в город из его уст, на которое гость ответил едва заметным кивком, было брошено, словно кусок требухи бродячей собаке.  Странное дело. Принц ожидал другого приёма. Или деньги совсем не нужны? Может, не с той ноги встал? Ладно, и не с такими говаривали.

Багратеону сразу вспомнилась знаменитая таверна «Дикий вепрь», что стоит на Большом тракте у Чёрного леса в далёкой Тании. Славное место! Там как раз после доброй драки на кулаках с владельцем «Вепря» он прожил неделю и не заплатил ни одного ломаного медяка. После зубодробительной встречи с Клаусом Торберт навсегда стал его закадычным приятелем. Даже мухи в таверне, из-за которых они повздорили, больше ни разу не раздражали. Может и этому в морду дать? Неа. Не хватает ещё одной выпитой бутылки.

В любом случае, неизвестно, сколько с Агатушкой придётся находиться в Кимерии, а информация и знакомства нужны. А если свезёт, и корни тут пустим.

— Кем будешь? — поинтересовался здоровяк

Называй меня Торбертом охотником на драконов. — С нескрываемой гордостью  ответил принц.  — Сюда прибыл по приглашению кимерийского глашатая из соседнего государства. Вам нужна помощь, а мне нужен дракон. — Многозначительно закончил Багратион.

— Тут не информационное бюро, сюда люди приходят поесть и выпить. Что-то еще желаешь помимо вина?

После слова «вина» охотник на драконов сразу вспомнил о непривычно тонком и не булькающем бурдюке, который сейчас был крепко привязан к седлу и терпеливо ждал своего часа.

— Две бутылки такого же вина, пожалуй, возьму на дорожку. — С удовольствием, не обращая внимание на хамство, ответил Багратеон. — Славится ваша сторона своим божественным напитком. Не обманывают слухи.

После этих слов любитель вина кинул на стол звенящий кошель.

То ли вид мошны с золотом возымело действие, то ли любопытство взяло вверх, но хозяин харчевни согласился ответить на вопросы Торберта, произнеся короткое: 

— Ладно, что бы ты хотел знать?

Опрокинув в себя кружку с последним содержимым бутылки, принц продолжил.

— У меня для тебя два вопроса. Во-первых, где чаще всего нападает дракон? Во-вторых, куда селятся и где обедают большинство авантюристов, прибывающих в ваш город?

За спиной Багратиона сквозь звуки громкой музыки послышался звон битой посуды, треск рвущейся ткани и грязня ругань. Торберт даже не оглянулся, чтобы посмотреть, в какой части харчевни началась потасовка. Сейчас ему было куда интереснее услышать о драконе.